Памяти В.Б. Кушнирика

( С разрешения Хмельницкой областной федерации киокушинкай карате http://www.tsunami.km.ua/ )



УРОК 2. Сладкий плод запрета.

1983 год.Не успел я насладиться своим приобщением к миру легального каратэ, как в 1983 году вышел указ о запрете каратэ в СССР. Сейчас это, кажется смешным. Но тогда каратэ поставили в один ряд с преступной деятельностью. Даже фильмы начали снимать соответствующие. После нашумевшего на всю страну «Не бойся, я с тобой!», появляется фильм «Непобедимый». Там хороший герой (самбист) побеждает в конце фильма очень плохого (каратиста). Спасибо хоть за плохого героя! Для меня было важнее увидеть технику, чем разбираться, кто хороший, кто плохой. Но уже хвастать, что занимаешься каратэ становилось опасно. Зато каратэ становится модным, как Западный рок, джинсы, американские боевики. Все, что так не приветствовалось нашей пропагандой. Появился спрос на подпольные секции. Я помню, у нас во дворе рассказывали об одной такой. Говорили, что там супер тренировки, но попасть туда не реально. Все сильно законспирировано. Что тренер берет за занятия 15 рублей в месяц (на те времена столько стоил неплохой фотоаппарат!). Мне бы родители вряд ли дали такие деньги. Да и я занимался у Саши. Спустя лет десять я узнал, кто был тот тренер. И слава богу, что я у него не занимался! В то время он знал о каратэ не больше меня. И спустя десять лет ничего нового не узнал.

Кушнирик В.Б. 1983 год.Но Саша уехал. Заниматься с Виталиком мне было не интересно. Те друзья, с которыми я делился во дворе секретами каратэ, дрались лучше него. Я стал искать людей, которые могли бы меня еще чему-то научить. Знания набирались по крупице. Запрет породил спрос на литературу по каратэ и она стала появляться. Конечно, это не идет в сравнение с сегодняшним валом такой литературы (среди нее много саморекламного мусора, где вам обещают, что с помощью такой книги, вы через полгода будете есть, пить, спать, драться и какать, как четыре с половиной Брюса Ли). Но по тем временам это была хорошая помощь. Я помню дикие перепечатки книг Оямы, Фунакоши, Накаямы. Однажды мне попалась книга Доменика Валера, где я впервые увидел фулл-контакт каратэ. Конечно, эти книги прятались от остальной части общества, словно порнография. Но два года я занимался с друзьями в основном по таким учебникам. Вот и получается, что тренировать я стал с тринадцати лет…Хотя, тогда я об этом и не думал. Мне дико самому хотелось узнать о каратэ еще больше! Я тогда не придавал значения различности школ каратэ. Для меня, все что имело к нему отношение было моим! Плюс еще с раннего детства я был гибкий и растянутый. Все давалось мне очень естественно. Я не мог понять, как это другие не могут сесть в шпагат, дать Йоко в голову, сбить цель на высоте 2-ух метров в прыжке. Разве это сложно? У меня появилось много приятелей, среди старших парней. Им нравились мои каратэ-трюки. Теперь в моем микрорайоне никто меня из старших не обижал. Я занимался с друзьями зимой по подвалам и квартирам, летом в павильончиках детских садов или в лесопосадках. Ближе к выпуску со школы я дрался все реже и реже. Мне уже ничего не надо было доказывать. Последний «публичный» бой один на один, я провел в восьмом классе. Вызвал на драку десятиклассника. Дело было на перемене и почти все мальчишки-старшеклассники собрались на бесплатный цирк. Я не пропустил ни одного удара, а сам разбил сопернику физиономию. Этого хватило, чтобы больше в школе меня не задевали. Дальше, если я и дрался, то только стихийно. Зато меня часто приглашали на всяческие разборки в роли прикрытия. Каратэ часто помогало в тех ситуациях, где я даже и не смог бы всех уложить. Вот тебя в чужом дворе останавливает группа сверстников, уверенная в своем превосходстве. Но и я знал, как велика подпольная слава каратэ. Влепив «основному» в голову ногой, я получал свободный проход дальше. Они слепо верили, что каратист отлупит хоть шесть, хоть шестьдесят человек! Этим я и пользовался.

В 1985 году я, после окончания школы, поехал поступать в Харьков. Думал буду архитектором. Первое, что меня поразило в Харькове, это то, что на стадионе в студенческом городке, средь бела дня, какой-то кореец проводит занятия по тхе-кван-до!
Я тогда еще не знал, что это за стиль, но раз ногами машут – значит Каратэ! Раз каратэ – значит я туда лечу! Но кореец меня обломал. Он спросил, каким ты стилем занимался? Я ответил, что вроде Шотокан. Он сказал: «Прекрасный стиль. Вот и занимайся ним дальше. Я тебя не возьму. Ты все будешь делать не так. А на тебя будут отвлекаться мои ученики». Огорченный, я пришел в студенческое общежитие. Там мне кто-то сказал, что на пятом этаже живет афганец Джума и он вроде хороший каратист. Я пришел к Джуме. Он оказался невысоким, улыбчастым мужичком. Вся его комната была обклеена плакатами с Брюсом Ли. Я спросил Джуму про каратэ. Он сказал, что с радостью будет со мной заниматься, так как давно уже хотел найти себе партнера для тренировок. Тогда я, осторожно спросил, какой у него стиль. Он ответил – Тхе-кван-до!

Кушнирик В.Б. Тренировка в общежитии.Джума Хан оказался обладателем черного пояса. Его совсем не интересовало, каким стилем я раньше занимался. В цокольном этаже нашего общежития находилась небольшая спортивная комната. Туда мы и направились. Джума отметил, что для двоих тут места достаточно. Почти не разминаясь он вдруг в прыжке с разворотом влепил своей коричневой пяткой в кирпичную стену. У меня челюсть отпала. Просьба не смеяться! Но в шотокане в то время «вертушки» не практиковали. Вы не найдете их в старых книгах Накаямы да и Оямы. Я видел такие удары в книге Валера, но сам их не разучил. Мне тогда хватало хорошо отработанных Мае, Йоко, Маваши и Уширо (без разворота). Тут я впервые столкнулся с различными вертушками в том числе и в прыжках. Джума крутил их, как вертолет! Очень скоро, я, подгоняемый голодом новизны, разучил новые удары. А у Джумы оказались проблемы с руками. В тхе-кван-до они почти не атакуют. Он с удовольствием перенимал всякие «цуки» и «уракены». Постепенно к нам примкнули еще несколько студентов. Был даже один, по имени Овден Мвакопессилле, из Танзании. Через спортивную комнату проходили трубы с горячей водой и зимой было очень жарко. Мы тренировались в спортивных трусах. А двое молдаван в обычных трусах. Но мы на такие мелочи тогда не обращали внимание. В Харькове у меня появилось свое, первое кимоно!
Я купил его в спорттоварах «Динамо». Оно было для дзюдо. Но к нему в магазине мне дали черный пояс!

Вскоре стены моей комнаты тоже были обклеены звездами боевых искусств. Эти плакаты я брал у иностранных студентов. Однажды в комнату пришел мой декан и все просек! Кимоно, плакаты, самодельные лапы для ударов. Со мной провели лекцию о вреде каратэ и его уголовной ответственности. Короче, взяли меня на учет. А я еще учился не очень…

Через год я снова встретил группу корейца Пака на стадионе. Он меня не узнал. А я нагло соврал, что немного занимался тхе-кван-до. Меня взяли тренироваться с ними. На первой же тренировке Пак поставил меня в пример. Я очень быстро наносил удары ногами и тут же их одергивал назад. Привычка из шотокана. Паку понравилось!

Через месяц мне предложили подраться на подпольном турнире. Я очень, очень волновался. Ведь это были мои первые соревнования по каратэ! Тем более контактные! Мы собирали по пять рублей с участника. Разбивались в категории и дрались по правилам, типа современного кикбокса. Вот тут мне пригодилась универсальность последних лет тренировок. Я не был самым сильным тхеквондистом, но умел бить руками и в девятом классе даже немного походил на секцию бокса. Я не был самым сильным боксером (они там вообще не участвовали), но умел бить ногами. Плюс я очень боялся проиграть. Я не умею проигрывать. Я тогда победил. Очень хорошо получались резкие атаки уракеном (в боксерской бульке) и левый Маваши в голову. Врать не буду, я никого не нокаутировал, но очень мало пропустил ударов. Страшно довольный собой, забрал 50 рублей и всю дорогу в студгородок думал, как красивей рассказать об этом друзьям и подруге. Но кто-то уже донес эту радостную весть в деканат. Там мне предложили слинять от греха подальше в армию. Я не очень хотел, но вдруг начались странные вещи. Преподаватели стали загонять меня по всем предметам. Зачеты я не мог сдать с четырех, пяти раз! А те, кому я все же сдавал, удивлялись, говоря: «Странно, нам говорили, что ты полный тупица…». Я решил поговорить начистоту с зам. декана. Он подтвердил, что для меня лучше брать "академку" и топать в армию.

Весной 1987 я снова приехал в Тернополь. Снова собрал старых друзей. Стали снова заниматься. Мой Харьковский прогресс их ошеломил. В Тернополе до этого не видели ударов ногами с разворота. Но добрые люди и тут на меня донесли. И я познакомился со своим отделением милиции. Я отделался минимальным штрафом. Но попал под наблюдение. Когда меня той же весной забирали в армию, то на моем личном деле фломастером было написано «Занимается каратэ 5 лет!».

Похожие по тематике публикации:



Комментариев нет:

Отправить комментарий